Эзотерические рассмотрения кармических взаимосвязей



бет7/20
Дата31.12.2019
өлшемі2.53 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20

То, что можно описать таким образом, может быть еще углуб­лено, если прибегнуть к науке посвящения. Я до сих пор хотел обратить ваше внимание именно на то, что начинает бродить в нас при встречах, при знакомствах с людьми первого рода, и хотел объяснить, что лунные существа дали нам прочесть это из их книг, прежде чем мы низошли на Землю. Посвященный же еще по-иному воспринимает то, с чем он встречается в жизни таким образом. Пусть он встречается в жизни с каким-то чело­веком. Но если для обыкновенного сознания существует толь­ко внутреннее ощущение, что этого встретившегося человека принимаешь в свою волю, судишь о нем не на основании внешнего впечатления, — то для посвященного становится факти­чески зримым то, чем были прошлые земные жизни той лично­сти, с которой у него произошла такая встреча. Тогда перед посвященным выступает не только этот физический человек с его духовно-душевным содержанием, но, так сказать, за ним — подобно некой тени — выступает его прошлая земная жизнь, может быть, даже несколько его прошлых земных жизней. При­обретаешь способность познавать одного человека таким обра­зом, что за ним для духовно-душевного восприятия выступает целый ряд людей. При знакомстве с одним человеком одновре­менно узнаешь целый ряд личностей, которые столь же объек­тивны, как объективно существует человек, которого имеешь перед собой в физическом теле. В цивилизациях, в которых еще догадывались о таких вещах, их даже изображали. Вспомните, что есть древние изображения*(*Например, на куполе романского собора в Граубюндене позади Иоанна Крестителя явлен образ Илии.), на которых вы видите челове­ческую фигуру, за ней — несколько возвышающуюся вторую, а за той — несколько возвышающуюся третью. Так хотели отра­зить в живописи то впечатление, какое имел посвященный при знакомстве с неким человеком, при котором встретившееся че­ловеческое существо являло себя его ясновидящему взору не только в теперешней земной жизни, но также выступало перед ним в своих прошлых земных жизнях. Итак, то, что для обык­новенного сознания есть только некое чувствование и ощуще­ние, для сознания посвященного выступает с полной ясностью. И поэтому в смысле духовной науки дело обстоит следующим образом: то, что связано с человеком кармически и для посвя­щенного выступает как ясновидческое восприятие, — это выс­тупает как смутное чувствование для человека, который не об­ладает посвящением, а лишь обыкновенным сознанием.

Таким образом, мы можем назвать лунным то, что, находясь в нас, действует в нашей судьбе из нашего прошлого. Мы оглядываемся на наши земные жизни, и оказывается, что в нас действует лунное. Оно действует так, что, встречаясь с челове­ком, который с нами связан кармически, мы встречаемся тогда, собственно, с неким многообразием. Для посвященного подобное знакомство с человеком является в известном смысле знакомством с несколькими людьми в нем или, по меньшей мере, с несколькими земными жизнями, отложившимися в нем. Ибо это знакомство с его прошлыми жизнями отличается не мень­шей жизненностью, чем знакомство с современной жизнью дру­гого человека.

Рассмотрим и другой род знакомства, когда мы судим о человеке больше на основании внешнего впечатления — на основании того, что нам говорит о нем наш рассудок, что воз­вещают о нем наши внешние чувства (это сразу понимает каж­дый посторонний человек), какое эстетическое впечатление он производит и т. д. Если рассмотреть такое знакомство при помощи духовной науки, то оказывается, что тут нет ничего, ведущего назад в прошлое, тут нет никакого существа, которое изнутри лунной сферы прокладывало бы путь к этому знаком­ству в земной жизни; и также ничего не было начертано в астральном теле человека при прохождении через лунную сферу. Но тут действуют другие силы. Тут действуют духовно-ду­шевные силы, связанные с существованием Солнца. Эти ду­ховно-душевные силы солнечного происхождения действуют свыше на такие знакомства — знакомства второго рода, и, с другой стороны, творчески сплетают судьбу человека. Да, тут для духовного наблюдения положение вещей таково: мы спер­ва переживаем, словно таинственную ночную тьму, то, что при­водит нас к человеку, с которым мы нечто совершили в про­шлых земных жизнях. Потом мы встречаемся с самим этим человеком: теперь мы ориентируемся больше на то, какое впе­чатление он на нас производит, — теперь дело обстоит так, как если бы вместо таинственной ночной тьмы наступил светлый, ясный день, как если бы взошло Солнце. Так же обстоит дело и духовно: с момента встречи для тех, кто уже давно связан кармически друг с другом, наступает не только прошлое, но и настоящее и будущее. Судьба сплетается дальше. Духовно-солнечное подступает к человеку.

Но также и для тех, кто в прошлых земных жизнях ничего не совершил совместно друг с другом, — также и для них выступает это духовно-солнечное ради творения судьбы в на­стоящем и в будущем. И опять-таки: кто может наблюдать, обладая прозрением посвященного, тот, знакомясь с человеком, с которым не был вместе в прошлых земных жизнях, но встре­чается впервые, не созерцает за ним тенеподобных прошлых земных жизней. Встретившись таким образом с человеком, он прозревает за этим человеком существ высших иерархий — существ, до которых человек еще не дорос. Ангелы, Архангелы выступают за этим человеком. Для прозрения посвященного есть большая разница между встречей с человеком, с которым вы уже были вместе, и встречей, осуществляющейся впервые. Если вы долго были с ним вместе, тогда за ним появляются его прошлые земные жизни. Если же вы не были с ним вместе, тогда за ним появляются существа ближайших к человеку иерархий, — а именно, такие существа, которые сходят к нам на Землю вместе с солнечными лучами, с солнечным светом. И если лунные существа вплетают в наше астральное тело карму, происходящую из прошлого, то сонмом солнечных существ в нашу «я»-организацию (в бессознательную «я»-организацию «я»-существа человека) вплетается то, что разыгрывается после того, как мы встретили здесь, на Земле, другого челове­ка. И это есть основа для дальнейшей кармы в будущем. На­стоящее непрестанно превращается в будущее. То, что теперь еще есть настоящее, для предшествовавшего момента было будущим. Так что наше развитие, собственно, от прошлого про­стирается в будущее.

То самое, что мы видим у человека поступательно движу­щимся от прошлого в будущее, — это же мы видим в его прообразе, направив взор в Космос и наблюдая перемещающу­юся по небу Луну, а затем Солнце, следующее за ней или же предшествующее ей. Подобно Солнцу и Луне в их мировом круговращении относятся друг к другу прошлое и будущее в ходе человеческой жизни — в ее таинственно сплетенной судьбе. Обладая наукой посвящения, говоришь при встрече с челове­ком, исходя из глубокого чувства: то, что ты ясновидчески созерцаешь за ним и что лунные существа начертали в его астральном теле, это принадлежит тебе в той же мере, как и ему, ибо ты оказываешься сросшимся с ним. А при встрече в мире с человеком впервые говоришь, если обладаешь наукой посвящения: там за ним стоят Ангелы, Архангелы; каждый из них указывает, так сказать, перстом на будущее. Многие возможности выступают тогда — возможности грядущей судьбо­носной жизни.

Видите ли, если таким образом направляешь взор в миро­вые дали, то Луна и Солнце предстают перед тобой, словно двое врат в духовный мир. Тогда говоришь себе: то, что есть в земном физическом окружении, ежесекундно живет в моем физическом теле; то, что находится в далеких эфирных сфе­рах, где пребывают звезды, — это живет в моем эфирном теле. Но когда я взираю ввысь на Луну, на Солнце, тогда я взираю на то, что не живет ни в моем физическом теле, ни в моем эфирном теле, а живет в моем астральном теле и пронизывает силой мое «я». Тогда благодаря существованию Луны мы вы­водимся из физического мира и из эфирного мира в духовный мир. И опять-таки, когда взираешь ввысь на Солнце, то гово­ришь себе: благодаря тому, что я как духовно-душевное суще­ство принадлежу к Солнцу, я ввожусь через его врата в некий мир, однородный с моим «я»-существом, — ввожусь не только в мир, который равноценен моему физическому телу и астраль­ному телу, но в тот, который равноценен даже моему «я»-существу; а благодаря «я»-существу я выступаю в мире как сознательное существо, — и это наряду с необходимостью, впле­тенной в нашу судьбу, которой мы следуем; ибо мы имеем те или иные физические данные, тот или иной темперамент, тот или иной характер. Все это есть только выражение нашей кар­мы. Во всем том, чему мы следуем как потребностям нашего тела, во всем том, что поэт выразил словами: «таким ты дол­жен быть, себя ты избежать не можешь», — во всем этом живет человеческое прошлое, обязанное существованию Луны. А во всем том, что живет в нас как свобода, так что мы пыта­емся поступать, прилагая все силы нашей разумности, — тут оказывает свое действие существование Солнца.

Так для духовного наблюдения наше природное и мораль­ное существование сплетаются воедино. При таком духовном наблюдении мы не имеем, с одной стороны, природу с ее жест­кой необходимостью, а с другой стороны — духовно-душевное, которое не вступает ни в какую связь с природой, но предста­ет отвлеченным моральным мировым порядком: нет, теперь мы не оказываемся перед этой противоположностью, но имеем возможность в природных явлениях одновременно найти то, что в нас живет морально. Конечно, мы должны тогда выйти за пре­делы обыкновенных явлений природы и перейти к тому, что открывается нам в духовном бытии Солнца и Луны.

Видите ли, для такого наблюдения вообще открывается воз­можность взойти от природного существования человека к его духовно-душевному существованию. Мы ведь тогда так прони­каем взором в природу, что усматриваем в ней то, чего не в состоянии узреть с помощью обыкновенного сознания, — ус­матриваем то, что в нашем земном окружении или также в окру­жающем Космосе приносит нам болезнь. Там это есть повсюду. Наш организм сам по себе ведь здоров, ибо он рожден из свое­го здорового «я», из своего здорового астрального тела и, соб­ственно, также из здорового эфирного. Здесь, на Земле, нас может сделать больным только нечто такое, что подступает к человеку извне и что человек оказывается не в состоянии пол­ностью преобразовать сообразно своему внутреннему существу. Мы можем наблюдать это на самых простых явлениях. Возьми­те следующий простой случай: находясь в жарком или холод­ном помещении, вы воспринимаете тепло или же холод. Тепло или холод не должны пронизать нас, как это имеет место с куском дерева или с камнем. Вы держитесь в жарком или хо­лодном помещении не так, как кусок дерева или камень, и не становитесь подобно куску дерева или камню, столь же горячим или холодным, как оно, но перерабатываете ту степень теплоты, которая есть вне вас. Внешнее окружение лишь стимулирует вас; тепло, которое вы несете в себе, вы производите сами в своем организме. Если вы этого не можете, но относитесь к окружению, как кусок дерева или камень, внешнее проникает в вас и вы не можете его преобразовать, — тогда вы сразу же простуживаетесь. Человек не может принимать в себя окружа­ющую земную среду не преобразованной, — так же, как и сред­ства питания. Это всего лишь научная фантазия, когда думают, что человек принимает в себя вещества потребляемой пищи. Человек в той же мере перерабатывает, преобразует свою пищу, как и все, что есть в окружающей среде. Если же этого он не может сделать, тогда к нему поступает болезнь: это и есть физи­ческая причина болезни. Но болезнь имеет в себе также нечто относящееся к судьбе; она наступает в его жизни как нечто происходящее в порядке судьбы.

Да, видите ли, если не переступать за рамки одной жизни, в которую мы включены с нашего рождения по сегодняшний день, если мы берем только эту жизнь, одну ее рассматриваем, тогда мы можем сказать: «Вызвать нашу болезнь окружающая среда может лишь при ее чрезмерном воздействии на нас. По­этому нам надлежит как можно меньше подвергаться вредно­му воздействию тепла или холода, плохого воздуха и т. п. Ведь воздействие, оказываемое на нас извне, должно быть не­умеренным, чтобы стать болезненным». Если мы только смот­рим на ядовитые плоды белладонны, мы не подвергаемся от­равлению. Если какой-либо вредоносный воздух находится достаточно далеко от нас, мы не отравляемся им, не заболева­ем. Короче говоря, если окружающая среда оказывает воздей­ствие лишь на душевную жизнь человека, то мы не заболеваем. Должно иметь место более грубое воздействие.

Однако примем во внимание теперь следующее. В настоящее время есть множество людей, которые ведут вполне материали­стическую жизнь и которые хотят иметь только материалисти­ческие впечатления от окружающей среды. Вам следует в этой жизни избегать — также и в отношении известных функций вашего тела — быть материалистами: вместе с пищей вы прини­маете в себя духовное растений, душевное животных; если бы вы были бравыми материалистами, то должны были бы поедать только камни — мертвое неорганическое. Но в свою душу эти люди воспринимают идеи, понятия только о безжизненном. И то, что тогда духовно-душевно связывается с душой человека, становится для ближайшей земной жизни болезнетворной си­лой. Эти впечатления проникают внутрь человека и преобразу­ются таким образом, что потом могут стать физически действу­ющими силами. Болезни в порядке судьбы мы вносим в нашу теперешнюю земную жизнь из прошлых земных жизней, ибо мы становимся восприимчивыми к болезням потому, что в про­шлых земных жизнях возымели известные впечатления, не по­добающие человеку. Эти впечатления действуют в теперешней земной жизни подобно физически мощным факторам, произво­дящим заболевания. Все то, что в одной земной жизни было голой идеей, ощущением, внутренним душевным бытием, затем, при прохождении через время, которое мы переживаем между смертью и новым рождением, превращается в физически дей­ственное в новой человеческой жизни; и мы несем в себе многое физически действенное, бывшее всего лишь душевным пережи­ванием в прошлых земных жизнях. Таким образом, мы также и в болезнях должны находить нечто происходящее в порядке судьбы, однако мы не должны впадать в то суеверие, что болез­ни якобы можно лечить только духовными средствами. Приме­нимы физические средства, соответствующие физическому на­чалу. Впрочем, если мы с полным пониманием отнесемся к тому факту, что физически действенное в настоящее время восходит к душевно-действенному прошлых земных жизней, то мы можем сказать себе: то, что в ином случае мы перетащили бы в каче­стве болезни в ближайшую земную жизнь, мы исцеляем для этой следующей земной жизни тем, что отвращаем свои мысли от человеческих несовершенств и направляем их на то, что есть в человеке совершенного. Если мы, например, уверены, что оп­ределенная болезнь связана с материалистической душевной жиз­нью в одной из прошлых земных жизней, то мы можем быть уверены также и в том, что мы можем избавиться от этой болез­ни, только применяя лечение, исходящее из спиритуальных про­зрений и идей. Все то, что действует в антропософии, действен­но потому, что это есть не голая теория, но непосредственно связано с жизнью, порождает ощущения, чувствования для жиз­ни.

И чем, собственно, становится звездное небо — космическое окружение Земли — для нашего созерцания, когда мы в состо­янии наблюдать его в том свете, какой излучается антропософи­ей, если она верным образом культивируется; сколь родствен­ными нам становятся Солнце и Луна, если мы взираем на них как на внешние космические символы нашего собственного про­шлого и нашего собственного будущего. Как интенсивно и глу­боко мы сознаем тогда, как прошлое и будущее творят в нас, сплетают нашу судьбу; направив взор вовне, взирая на Солнце и Луну, мы зрим, как перед нами выступает, открывается вне­шним образом космическая судьба. Мы чувствуем, что в нашем прошлом нечто так выступает по отношению к настоящему и будущему, как во Вселенной Луна выступает по отношению к Солнцу. Наше благоговение, наша преданность, наше самопо­жертвование по отношению ко Вселенной повышается, когда мы таким образом постигаем наше собственное существование рас­ширенным до мирового, узрев на конкретных фактах родство того, что живет в нас, с тем, что творит во Вселенной.

Узреть то, что человек оказывается таким образом срос­шимся со Вселенной, — это есть также одна из задач, которые ставит себе в своей деятельности антропософия. И я надеюсь, что мы, которые так много раз собирались вместе как раз в этой секции, будем благодаря таким рассмотрениям все больше и больше срастаться с этой задачей антропософии — задачей углублять людям не только мысли, но и ощущения, сердечные чувствования. И чтобы это могло происходить все лучше и интенсивнее, и было проведено Рождественское Собрание. Это Рождественское Собрание указало на то, что если Антропо­софское общество в дальнейшем хочет правильно развернуть свою деятельность, то ему нужно оставить те пути, по которым оно следовало в течение последних десяти лет; ему нужно, отойдя от начинаний внешнего общественного порядка, всту­пить во внутреннее, духовное существование. Оно должно в целом принять эзотерический характер. То, что в будущем ста­нет существовать в Дорнахе как Свободная Высшая школа духовной науки, должно отличаться своим эзотерическим ха­рактером, и все устройство Общества должно иметь эзотери­ческий характер. Тем самым Общество сможет развернуть свою спиритуальную жизнь, в которой оно нуждается. Оно не имеет права погружаться во внешнюю, показную деятельность, что угрожало ему в течение последних десяти лет.

Что же мы пережили за эти десять лет и еще до того? Возьмем в качестве примера лишь тот факт, что очень активная враждебность, которая как раз теперь энергично развертывает­ся, происходит от того, что существуют циклы лекций, записи лекций, не подлежащие публикации. Не правда ли, было бы же­лательно, чтобы такие циклы, такие записи лекций существова­ли? До сих пор надо было идти навстречу таким желаниям несмотря на то, что можно было наперед знать: именно этим враждебности дается превосходный повод укрепиться. Мы живем именно в то время, когда такие вещи невозможны. Поэтому на Рождественском Собрании было принято решение о полной открытости Общества*(*См.: «Рождественское Собрание по случаю основания Антропософского общества» (ПСС, т. 260), — особенно стр. 38 и 46 (в издании 1963 г.). ). Это вовсе не противоречит тому факту, что, с другой стороны, оно должно стать гораздо более эзотери­ческим, чем прежде. Но руководство Обществом должно сде­латься более сознательным, — Обществом надо управлять, так сказать, на антропософский лад. Поэтому в отношении разра­ботки устава все происходило на Рождественском Собрании совсем иначе, чем прежде. При разработке уставов прежде го­ворилось: «Мы являемся приверженцами тех или иных принци­пов». Мы ведь раньше имели в Теософском обществе формули­ровки следующих принципов**(**1. Образовать ядро всеобщего человеческого братства без различения вероисповедания, национальности, общественного положения и пола. 2.Пестовать познание зерна истины во всех религиях. 3.Исследовать глубинные духовные силы, дремлющие в природе челове­ка и в остальном мире.). Первое основное положение: образование всеобщего братства человечества. Второе основ­ное положение: показывать единство в религиях. И так далее... Я часто замечал, что как раз здесь должно быть выдвинуто то, что Антропософским обществом впервые осуществилось в ре­альности. На Рождественском Собрании эта реальность с силой выступила фактически. Не говорилось о принципах, но было указано на следующее: в Дорнахе живет нечто жизненное. И кто соглашается с этим жизненным, тот присоединяется к Ант­ропософскому обществу. Было указано не на абстрактные прин­ципы, а на наличие здесь некоего живого начала. И не было нужды закреплять жизнь Общества в форме абстракций устава; этот последний, собственно, никакой не устав, но является рас­сказом о том, что существует в Дорнахе и хочет действовать оттуда. Этот рассказ, а не устав, и выражает наши принципы. Я указал на то, что Общество должно иметь правление, которое действует и которое в своей деятельности, в своей инициативе усматривает то, что делает его правлением, — образует его как правление. Так была предпринята попытка уже в уставе во всем поставить на место абстракций чисто человеческое, непос­редственно человеческое. Только так и может жить то Общество, которое должно быть организмом для того духовного, ко­торое вливается в мир.

Видите ли, я хотел бы сказать: это правление, которое было на Рождество образовано в Дорнахе, основано на своего рода гипотетическом суждении. Если Общество примет то, что дела­ет правление, тогда оно будет правлением; если же Общество не захочет принять это, тогда правления вообще не будет. Од­нако это может быть принято только при признании правления центром жизненной деятельности. Итак (скажу об этом лишь в немногих словах, а все остальное ясно изложено в бюллетене «Сообщения»), фактически посредством Рождественского Со­брания была предпринята попытка внести новый дух в Антро­пософское общество. Но очень желательно, чтобы вы поняли, какого рода этот новый дух, — что он есть дух жизненности, противостоящий духу абстракций, что он есть дух, возвещающий не голове, но сердцу. Поэтому Рождественское Собрание ока­жется для дела антропософии либо ничем, либо всем. Оно ока­жется ничем, если не найдет никакого продолжения, — если окажется, что оно была неким празднеством, когда можно было чуточку порадоваться, а потом все забыть и продолжать жить по-старому. Тогда оно не имеет никакого содержания, не имеет никакой отдачи. Это Рождественское Собрание впервые полу­чает свое содержание от жизни в различных областях общества и впервые становится действительностью тогда, когда благода­ря ему что-то постоянно происходит в Антропософском обще­стве. Рождественское собрание впервые становится реальнос­тью благодаря именно тому, что из него происходит дальше. Обращение к Рождественскому Собранию пробуждает в душе ответственность за то, чтобы сделать его реальностью; иначе оно устраняется от здешнего земного бытия в том направлении, которое я сегодня описал, говоря о лунном бытии. Конечно, в известном смысле оно было здесь, в этом мире. Однако станет ли Рождественское Собрание действенным для жизни, зависит от того, будет ли она иметь продолжение.

Видите ли, это надо выразить со всей отчетливостью. В сер­дце каждого участника был заложен спиритуальный краеуголь­ный камень для Антропософского общества. Правда, мы прове­ли это Рождественское Собрание формально вплоть до его закрытия, но оно, собственно, не должно было закончиться, оно должно было всегда продолжаться в жизни Антропософского общества. Поэтому я прошу вас со всей серьезностью принять то, что сообщается посредством бюллетеня, — и действительно со всей серьезностью отнестись к тому, что постепенно подсту­пает к вам не только в описании, но и как реальность. Не правда ли, не все надо делать сразу с кондачка, а потому прежде всего следует непрестанно задавать себе вопрос: что надо сделать и как это сделать? — Конечно, нельзя совершить все за один день. Вот одно из ближайших начинаний. В нашем бюллетене сообщений «Что происходит в Антропософском обществе» вы сможете каждую неделю найти ориентирующие наставления, вы­раженные абстрактно, в форме тезисов*(*«Антропософские руководящие положения»(1924/25) (ПСС, т. 26).). Там каждую неделю будут преподаваться в кратких формулировках антропософс­кие истины относительно человека — человеческой жизни, ре­лигии, искусства и так далее, — а также сообщаться о том, что происходит в Антропософском обществе. И тогда вы сможете сказать в различных антропософских секциях: из Дорнаха нам прислана в качестве ориентирующего наставления та или иная мысль. И мы в наших секциях, наряду с прочим, будем каждую неделю говорить прежде всего о том, что прислано нам из Дор­наха как мысль, сформулированная в бюллетене сообщений для членов антропософского общества.

Это приведет к единству в различных областях антропо­софской жизни в нашем Обществе. И таким образом посте­пенно возникнут многие вещи, которые подобно крови прони­жут Антропософское общество; тогда можно будет не только говорить о единстве: тем самым будет введено нечто такое, что сможет пронизать Общество единой духовной кровью. На это было указано на Рождественском Собрании. Тогда можно было это почувствовать, — теперь же следует рассматривать в дальнейшей перспективе.

Но это в особенности необходимо в Германии. Ведь в Гер­мании мы на самом деле находимся совсем по-другому внутри антропософской жизни, чем где бы то ни было. Враждебность к нам нигде не развита так, как здесь. Можно ведь заметить, что, где бы эта враждебность ни выступала, она во многом импортирована отсюда, — хотя известный род враждебности есть повсюду, в особенности вокруг самого Дорнаха. Но опять-таки совершенно особый род враждебности окружает нас в Германии: эта враждебность мощная, и она действует система­тически, вполне сознательно, организованно*(*В 1922 г. публичной лекционной деятельности Рудольфа Штейнера в Германии был положен конец в результате систематических враждебных акций. См.: Zonis M. J. Werbeck. Враждебность как явление деградации культуры. 2 тома, Штутгарт, 1924 г.). Там уже было железным решением — все перевернуть вверх дном в Антро­пософском обществе. Это и произошло фактически. Пораз­мыслите о следующем: когда в 1912 — 1913 годах было осно­вано Антропософское общество, я не занимал никакой должно­сти в Антропософском обществе и даже вообще не был его членом. Я не был членом Антропософского общества с момен­та его основания, как я это часто подчеркивал (но только неверно истолковывали значение этого), ибо я хотел, чтобы Антропософское общество относилось ко мне только как к наставнику, который ведет к истокам антропософский жизни. И должна была быть, прежде всего, предпринята эта попытка, чтобы увидеть, что из этого может выйти.


Каталог: cat -> Ga Rus
cat -> 1815 Композитор, күйші, шертпе күй орындау шебері Тәттімбет Қазанғапұлының туғанына 190 жыл
Ga Rus -> Рудольф Штейнер Карма профессий в связи с жизнью Гёте ga 172 Космическая и человеческая история
cat -> Қала және қылқалам шеберлері Қарағанды қаласына – 70 жыл
cat -> О, туған жер, тулап аққан қанымсың
cat -> Қарқаралы шежіресі – тарихи құжаттарда Қарқаралы қаласының 180 жылдығына
cat -> «Шықшы тауға, қарашы кең далаға» деп басталатын ақынның өлеңі қай тауға арналғанын білесіз бе?!
cat -> Аталып өтілетін даталар


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20




©engime.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет