Сам себе плацебо: как использовать силу подсознания для здоровья и процветания



Pdf көрінісі
бет6/148
Дата05.08.2022
өлшемі21,91 Mb.
#147964
түріРеферат
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   148
Байланысты:
Sam sebe platsebo

Доусон Черч, доктор философии,
автор книги «Гений в ваших генах»


Введение 
Пробуждение 
Я никогда не планировал заниматься чем-то подобным. Скорее работа,
которой я сейчас занимаюсь как лектор, автор и исследователь, сама меня
нашла. Для пробуждения иногда нужен некий встряхивающий призыв. В
1986 году я получил такой призыв: в один прекрасный апрельский день на
триатлоне в Палм-Спрингс, Южная Калифорния, меня переехало
внедорожником. Этот момент изменил всю мою жизнь и отправил меня в
новое путешествие.
Мне было тогда 23 года. В ту пору я только недавно занялся
мануальной терапией в городке Ла-Хойя, штат Калифорния. И все
последние месяцы усиленно тренировался для участия в том самом
триатлоне… Это произошло, когда я закончил этап плавания и перешел к
велосипедной части гонки. Я подъезжал к коварному повороту, где наша
колонна должна была пересечься с транспортом. Полицейский, стоящий
спиной к подъезжающим автомобилям, махнул, чтобы я поворачивал
направо и следовал своим маршрутом. Поскольку я изо всех сил крутил
педали и был полностью сосредоточен на гонке, я не спускал с него глаз.
Когда я обогнал двух велосипедистов на этом самом перекрестке, красный
полноприводной «Форд Бронко» врезался сзади в мой велосипед на
скорости 55 миль в час. Следующее, что я запомнил, был мой полет по
воздуху и жесткое приземление на спину. Скорость автомобиля была
высокой, а реакция пожилой женщины за рулем «Бронко» – замедленной, в
результате машина продолжала ехать на меня и вскоре ударила меня
бампером. Я тут же ухватился за этот бампер, чтобы меня не затянуло под
автомобиль между металлическим днищем и асфальтом. Какое-то время
меня тащило по дороге, пока водитель не поняла, что произошло. Когда
она, наконец, дала по тормозам, меня отбросило вперед ярдов на двадцать.
Я все еще помню звук пролетавших мимо велосипедов и крики ужаса
вперемешку с ругательствами гонщиков, объезжавших меня с обеих
сторон, – не знающих, то ли им остановиться и помочь, то ли продолжать
гонку. А я лежал там, и мне оставалось только сдаться.
Вскоре выяснилось, что у меня сломано шесть позвонков: я получил
компрессионные переломы в грудных позвонках (восьмом, девятом,
десятом, одиннадцатом и двенадцатом) и в первом поясничном – в общем:


от лопаток до почек. Позвонки в позвоночнике стоят как отдельные блоки,
а когда я грохнулся об землю с такой силой, они сжались и разрушились от
удара. Восьмой грудной позвонок, самый верхний из поврежденных,
разрушился более чем на 60 %, а круглый свод, который защищает спинной
мозг, был сломан и сомкнут в кольцо, как бублик. Когда позвонок
сжимается и ломается, кость должна куда-то деваться. В моем случае
множество осколков вошло в мой спинной мозг. Картина вырисовывалась
неприглядная.
На следующее утро я проснулся и будто бы снова очутился в дурном
сне с полным набором неврологических симптомов, включая несколько
различных типов болей; онемений и покалываний, а также потерю
чувствительности в ногах и трудность в управлении движениями.
Когда в больнице у меня взяли анализы крови, сделали рентген,
компьютерную и магниторезонансную томографию, хирург-ортопед
показал мне результаты и мрачно озвучил новости. Чтобы собрать все
осколки кости, которые были теперь в моем спинном мозге, мне
требовалась 
хирургическая 
операция 
по 
имплантации 
стержня
Харрингтона. Для этого нужно было отпилить задние части позвонков от
двух до трех сегментов выше и ниже переломов, а затем привинтить и
сжать вместе два 12-дюймовых стержня из нержавеющей стали по обеим
сторонам вдоль позвоночного столба. Затем они соскоблят немного костной
ткани с моей бедренной кости и нанесут ее на стержни. Это будет
серьезное хирургическое вмешательство, но зато я получу шанс снова
ходить, хотя, возможно, останусь инвалидом, и мне придется переносить
хроническую боль всю оставшуюся жизнь. Стоит ли говорить, что мне не
очень нравился такой прогноз.
Однако если отказаться от хирургии, то мне грозил неизбежный
паралич. Лучший невролог в Палм-Спрингс, согласный с мнением первого
хирурга, сказал мне, что он никогда не слышал ни об одном пациенте с
моим диагнозом в Соединенных Штатах, который отказался бы от
операции. Удар был такой силы, что мой восьмой позвонок принял форму
клина, и это не позволит позвоночнику выдержать вес моего тела, если я
встану на ноги. Мой хребет разрушится, загоняя эти осколки позвонка
глубоко в спинной мозг, что приведет к мгновенному параличу грудного
отдела и нижней части тела. Такой вариант был еще хуже.
Меня перевели в больницу города Ла-Хойя, поближе к дому, где я
услышал еще два мнения, одно из которых принадлежало ведущему
хирургу-ортопеду Южной Калифорнии. Неудивительно, что оба доктора
сошлись во мнениях, что мне нужно хирургическое вмешательство с


имплантацией стержня Харрингтона. Выбор у меня был невелик – либо
соглашаться на операцию, либо стать паралитиком и больше никогда не
ходить. Будь я профессиональным медиком, дающим совет, я сказал бы то
же самое. Это был самый безопасный выбор. Но я все-таки сделал по-
своему.
Наверное, в те годы я был просто самоуверенным юнцом, но я
воспротивился медицинскому приговору и рекомендациям экспертов. К
тому же для меня было очевидно, что в каждом из нас существует некий
дух, невидимое сознание, источник и податель жизни. Он поддерживает,
помогает, защищает и исцеляет нас каждую секунду. Он создает почти 100
триллионов специализированных клеток (начав всего с двух), он заставляет
сердце сокращаться сотни тысяч раз в день, он способен провести сотни
тысяч химических реакций в каждой клетке каждую секунду – не говоря
уже о других удивительных функциях. Я рассуждал так. Если этот
внутренний разум реален и если он сознательно, с любовью и заботой
управляет нами, да еще обладая такими удивительными возможностями,
то, может быть, стоит перенести внимание с внешнего мира на внутренний,
чтобы обнаружить его там и наладить с ним отношения.
Однако хотя умом я и понимал, что у тела есть способность к
самоисцелению, теперь мне предстояло применить каждую крупицу
известной мне философии, чтобы вывести это знание на следующий
уровень и выше, – связать переживание с исцелением. И поскольку я
никуда не ходил и мне нечего было делать, кроме как лежать пластом, я
решил для себя две вещи. Во-первых, каждый день я буду направлять все
мое сознательное внимание на этот разум во мне, показывая ему план,
образец, картину, сопровождая это очень специфическими приказами, а
затем полностью отдамся во власть этому высшему разуму, имеющему
безграничную власть, перепоручив ему мое исцеление. И, во-вторых, я не
позволю проскочить мимо моего осознания ни одной зловредной мысли.
Проще простого, не правда ли?




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   148




©engime.org 2022
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет