Учебное пособие Для студентов средних и высших педагогических учебных заведений



бет12/14
Дата25.11.2016
өлшемі3,15 Mb.
#2524
түріУчебное пособие
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

ФРАНЧЕСКО ПЕТРАРКА (1304—1374)

Наряду с Данте и Боккаччо он на века прославил итальян­скую литературу. Имя его стало бессмертным не только потому. что он явился родоначальником повой европейской поэзии, но и прежде всего потому, что он был одним из первых великих гума­нистов и как никто другой способствовал наступлению новой эпохи открытия мира и человека. Его взгляды, складывавшиеся в неприятии им средневековых клерикальных догм о неисправи­мой изначальной греховности человека, о необходимости в связи с этим умерщвлять плоть, привели поэта к глубоким размышле­ниям о силе чувств и разума, о физических и духовных возможно­стях людей, о свободе их воли. Он писал философские трактаты, исторические сочинения, в которых открыто выражал свои взгля­ды. А отраженные в его ставших непререкаемым художествен­ным образцом для всех поэтов Европы стихах эти убеждения об­ращали взор к внутреннему миру человека, к познанию его нрав­ственного и гражданского призвания.

Родился Франческо Петрарка в семье флорентийского нота­риуса, и отец его, когда пришло время, настаивал на юридическом образовании сына. Однако призванием его стала римская античность —ей он посвятил всю жизнь. Латинский язык он знал так же хорошо, как и итальянский, его библиотека древнеримских авторов славилась на всю Европу. В этих фолиантах поэт находил то, что волновало его, он восхищался и совершенством их формы, и музыкальностью языковых построений.

Да и многие сочинения самого Петрарки в соответствии с тра­дициями того времени написаны на латинском языке. Однако главное из них — «Канцоньере» («Книга песен») — это стихи на «вольгаре», на просторечии итальянского, что свидетельствует о стремлении автора выйти за узкий круг образованных «интеллек­туалов» к более широкому читателю. В нее включены 317 сонетов (итальянский сонет состоит из соединенных особой рифмовкой четырнадцати строк —двух четверостиший и двух трехстиший), а также произведения других поэтических форм: канцоны, баллады, мадригалы. Все, что было дорого поэту, стало лирическим мате­риалом в создании этого грандиозного цикла. К главным земным радостям он относил природу, которую любил и умел наблюдать, наслаждаясь ее красотами. Их он видел в тесном единении с плот­ской прелестью, с физическим совершенством любимого существа, в котором отражается и его духовное совершенство:

Любимого дыханья благодать

Живит пригорки, рощи и поляны,

Зефир знакомый, нежный и желанный,

Возвыситься велит мне и страдать.

Все лирические линии в «Книге песен» сходятся к одной геро­ине — Лауре; ее, случайно увидев в церкви, поэт полюбил на всю жизнь и посвятил ей свое творчество. Однако чувство это оста­лось неразделенным Лаурой де Сад, женой знатного человека. И тем не менее великому чувству Петрарки мы обязаны его пре­красным вдохновенным строкам «На жизнь мадонны Лауры» и «На смерть мадонны Лауры» (она рано умерла, заразившись чу­мой). В них отразились самые тонкие и нежные чувства и жизнен­ные впечатления, какие только может испытывать человек. И все это выражено в блестящей форме, языком простым и непринуж­денным, стихом настолько гармоничным и благозвучным, что это чувствуется даже в переводе:

Благословляю день, минуту, доли

Минуты, время года, месяц, год

И место и предел чудесный тот,

Где светлый взгляд обрек меня неволе.

Юность — пора увлечений, любви, и если посчастливится си припасть к такому чистому и живому источнику, как стихи Пет-рарки, то новым светом озарятся и чувство, и сама жизнь. Неда­ром русские поэты К. Батюшков, А. Майков, И. Бунин, В. Брю­сов переводили Петрарку. В 1970 году в издательстве «Детская литература» вышла «Избранная лирика Петрарки» в переводах Е. Солоновича.

Итальянские народные сказки впервые со -брал и обработал писатель Джанбаттиста Базиле (1575—1632,!. Его «Пентамирон», или «Сказка о сказках», по форме представ­ляет собой подражение «Декамерону» Боккаччо и состоит из пя­тидесяти новелл. Их в течение пяти дней рассказывают десяч 1 разных повествовательниц. «Пентамирон» был опубликоваг лишь через два года после смерти Базиле. Почти целый век книга оставалась беззвестной, и только в XIX веке она возбудила к себе интерес благодаря вниманию к ней братьев Гримм. «Пента мирон» не является сборником народных сказок в полном смысла этого слова — в нее включены и средневековые легенды, встре­чаются и мотивы классических произведений. В западной науке Базиле считается отцом литературной сказки.
КАРЛО КОЛЛОДИ (1826—1890)

Настоящее имя этого писателя — Карло Лоренциии. Он ро­дился во Флоренции и с юности примкнул к движению за осво­бождение. Почти тогда же началась и его литературная деятель­ность. Избрав себе псевдоним по названию городка, откуда ро­дом была его мать, он создал смешную и трогательную историю об удивительных похождениях деревянного мальчика — «Приключения Пиноккио», получившую широкую популярность во всем мире.

Коллоди вполне справедливо считается основоположником итальянской детской литературы. Герой его первой повести «Джаннетино», написанной специально для маленьких читате­лей, — веселый мальчик-сладкоежка, любитель всяческих при­ключений, хотя и не обладающий для этого храбростью. Писа­тель создал о нем целую серию книжек. Но настоящий успех к нему пришел лишь после выхода в 1881 году «Истории одного буратино» (по-итальянски «буратино» — марионетка). Позже автор переименовал ее в «Приключения Пиноккио, или История одной марионетки». Здесь высокая художественность изображе­ния сочетается с живым юмором, не оставляющим места для на­вязчивых и скучных для малышей поучений.

Хорошо понимая детскую психологию, писатель облекает се­рьезные мысли в доступную для ребенка форму забавных приключений персонажей. Многие эпизоды основаны на очень точных и тонких авторских наблюдениях. Вот один наглядный пример. Дети мыслят конкретно и метафору воспринимают, как правило, буквально. Поэтому поговорка “У лжи короткие ноги” дает Коллоди повод, обратившись к другой склонности юных читателей — преувеличивать, “овеществил” это метафорическое выражение: у Пиноккио, когда он начинает врать, непомерно растет нос. Или другой пример. Нередко глупого человека называют ослом. И у Пиноккио, который удрал в Страну развлечений от заставлявшей его учиться доброй феи, вырастают вскоре длинные ослиные уши, тело покрывается шерстью и даже появляется хвост.

Демократические симпатии Коллоди сказываются в его книге во всем. Пиноккио—сын не имеющего за душой ни гроша бедняка Джепетто, которому приходится продать куртку, чтобы купить своему малышу азбуку. А сам деревянный человечек превращается в настоящего мальчика лишь тогда, когда начинает трудиться, чтобы поддержать старого отца и заболевшую фею — Девочку с лазоревыми волосами. В иронических тонах обрисованы более состоятельные персонажи. Остроумно высмеивается правосудие, осуждающее невинного, но бедного человека: герой попадает на четыре месяца за решетку, и ему приходится клеветать на самого себя, чтобы попасть под объявленную в Болвании амнистию и освободиться. Смешна и сцена суда над деревянным человечком. Слушая его рассказ о злоключениях, судья выглядит очень растроганным и взволнованным, но потом вызывает двух собак в полицейских мундирах и приказывает: “У бедняги украли четыре золотые монеты. Стало быть, вяжите его и немедленно посадите в тюрьму”.

Оригинальная сказка, в которой фантастика соединяется с современной автору действительностью, принадлежит жанру, чрезвычайно органичному для итальянского искусства. Италия — родина театра масок, кукольного театра с его знаменитыми персонажами—Арлекино, Коломбиной, Пульчинеллой... Еще в XVIII веке Карло Гоцци писал и ставил на сцене своеобразные пьесы-сказки, в которых действуют излюбленные персонажи итальянского театра комедии дель-арте и причудливо переплетаются фантастические мотивы и злободневность (например, столь широко известные и у нас в стране “Король Олень” или “Любовь к трем апельсинам”). Традиции кукольной комедии, к которым обратился Коллоди, уходят корнями в творчество великих комедиографов древнего Рима — Плавта, Терен-ция. К тому же в приключениях Пиноккио чувствуются отзвуки итальянских народных сказок. Мотив ожившей куклы встречается в них довольно часто, так же, как и другие персонажи: доб­рая фея, злющий кот, хитрая лиса.

С итальянскими сказками русских детей познакомил М. Горь­кий. В 1912 году под его редакцией вышел сборник этих сказок. А «Приключения Пиноккио» стали известны в России, когда их вольно пересказал Алексей Толстой, назвав книгу «Золотой клю­чик». Он дополнил сказку актуальными для того времени моти­вами и освободил от материала, не очень, по его мнению, близко­му отечественным юным читателям, переосмыслил некоторые образы. У нас в стране этот пересказ получил столь широкую популярность, что на время отодвинул на второй план первоис­точник. Однако же высокая художественность, непринужденный юмор, близость к народному миропониманию, органичное соеди­нение комизма и тонко поданного назидания — все это навечно сделало книгу Коллоди классическим детским чтением. Заложен­ная писателем традиция сатирико-юмористической повести-сказ­ки получила продолжение в итальянской литературе, в частности в творчестве такого известного и у нас в стране автора, как Джанни Родари.

ДЖАННИ РОДАРИ (1920—1980)

Свою творческую жизнь этот писатель начал с журналистики, а завершил как всемирно известный автор-сказочник, которому за литературную деятельность была присуждена Золотая медаль Х.К. Андерсена. Сын булочника, уроженец небольшого городка у подножья Альп, на севере страны, он с ранних лет отличался неуемной фантазией. Богатому воображению ребенка все давало пищу: прозрачная вода озера, замок на острове посреди его, взды­хающая квашня и пузырящееся тесто в пекарне отца... Пришлось ему в те годы познать и труд ради куска хлеба, и тщетность меч­ты: он не стал, как хотел, ни музыкантом, ни художником, а по­пал в семинарию, учиться в которой ему было невыносимо тоск­ливо и скучно. Однако он сумел все же распорядиться своей судь­бой — слушал лекции в университете, стал учителем, причем не «ученым-сухарем», а веселым, доступным детям человеком. Он был уверен: школа нуждается в юморе, так как в ней «мало сме­ются», а «многое, что можно было бы выучить, смеясь, учат со слезами, горькими и бесполезными».

Первые свои стихи Родари опубликовал, когда в газете «Унита», где он тогда работал, ему поручили вести «Уголок для де­тей». Газета была коммунистической, молодой автор разделял ее идеи и считал, что должен в первую очередь отражать жизнь бед­нейших слоев населения:

Чиччо в подвале живет, у помойки,

Спит на скрипучей, расшатанной койке.

Стол хромоногий да табурет —

Больше в подвале мебели нет.

«Чем пахнут ремесла», «Какого цвета ремесла», «Удильщик», Рыбак», «Метельщик» — названия этих его стихотворений гово­рят сами за себя, указывают на основную направленность твор­ческих усилий писателя в начале литературного пути.

На педаль нажимая ногою,

Он вращал колесо ремешком.

Колесо он носил за спиною,

А ходил по дорогам пешком.

Нередко рядом с реальными героями в стихах Родари возиг кают популярные образы итальянских народных сказок. Это осо бенно приближает их к детскому восприятию, в котором события повседневной жизни тесно переплетаются с воображаемыми, фап тастическими. Особенно близки многие из таких произведений по своей форме к детскому фольклору, называемому «филастрокке», — колыбельные, считалки, загадки, в которых неизменш отражен светлый взгляд маленького человека на мир.

Сказке писатель посвятил все свое основное творчество. «Я считаю, что сказки — и старые, и новые —могут помочь воспитать ум, — писал он. — Сказка — это кладезь всевозможных гипотез. Сказка может дать ключи, чтобы войти в действительность новы ми путями, может помочь ребенку узнать мир, может одарить его» воображением и научить критически воспринимать окружающее. На мысль создать свою большую сказку Родари натолкнула клас сическая книга Коллоди «Пиноккио». Однако в его «Чипполино действуют не куклы, а очень похожие на людей овощи и фрукты. звери и насекомые. Они наделены юмором, добрыми и злыми чуг ствами. Повествование исполнено человечности и стремления мак­симально приблизиться к жизненным проблемам бедных людей Неистощима фантазия автора — бедняков олицетворяют кум Тык ва, мастер Виноградинка, профессор Груша. Герои у Родари все­гда социально строго определены, поэтому на другом полюсе и сказке — принц Лимон, бездельник Апельсин, сыщик Морковь К сожалению, Чипполино вместе со всей своей луковой семьей живет в Лимонном королевстве, и все их злоключения происходят гь злой воле принца, хотя «люди они хорошие, надо прямо сказать, да только не везло им в жизни. Что поделаешь: где лук, там и слезы)»

Заботы сказочных героев в большинстве случаев связаны с жизненными перипетиями. Вот тысяченожке-папе понадобилось сменить обувь у двух своих сыновей. Но у мастера Виноградинки не найдется столько кожи для такого количества башмаков. К то­му же папе пришлось бы работать всю жизнь, чтобы заплатить за них. Выход бедняки находят: меняют лишь несколько пар, самых изношенных. На протяжении всего повествования его персонажи сохраняют свои характерные черты, присущие данным овощам. фруктам, насекомым, животным. При этом автор мастерски п упорно подводит маленького читателя к мысли: хорошие, доб­рые должны жить лучше, плохие, злые — отказаться от своих негодных устремлений и не подавлять хороших. Все приключе­ния и чувства положительных героев направлены к одной цели— к установлению справедливости. В конце сказки это и происхо­дит. Но, как часто повторял старый Чиполлоне своему сыну Чиполлино, «не забывай, дружок, негодяев на свете много, и те, кого вы выгнали, могут еще вернуться...» Широкой популярно­сти этой сказки в нашей стране способствовал великолепный ее перевод на русский язык С. Маршака.

Родари во всем своем творчестве никогда не изменяет соци­альным мотивам, не отходит от идеи справедливости. И даже когда немыслимо закручен сюжет сказки «Торт в небе», где атомная бомба превращается в гигантский торт, повисший над рабочим предместьем, то и тогда мораль, как утверждает автор, «прозрач­на: если бы богатства и ресурсы, которые люди тратят на гонку вооружений, были использованы на добрые дела, то можно было бы не только накормить миллионы голодных, но сделать так, что­бы шоколадные торты стали доступны всем».

К важным мыслям и обобщающим выводам Родари стремится привести своих читателей при помощи тем, интересных современ­ному ребенку. В «Планете Новогодних елок» герой Марко путе­шествует в космическом корабле, а встречавшиеся ему в этом странствии инопланетяне столь дружелюбны, что возникает мысль о возможности объединения всех, какие есть, космических циви­лизаций. Сказка «Джип в телевизоре», созданная, когда в умах воинственных политиков возникла идея звездных войн, утверж­дает: ученые должны сосредоточить свои усилия не на вооруже­нии, а на мирном освоении Вселенной. И если маленький Джип вдруг непостижимо как попадет внутрь телевизора, а затем на другую планету, его тогда можно будет быстро спасти, запустив искусственные спутники. Ведь жизнь мальчика «дороже трех ис­кусственных спутников и даже трехсот спутников или трехсот тысяч миллионов космических ракет».

Мысль о ценности человеческой жизни — еще одной красной нитью проходит в творчестве Родари, как и мысль о том, что суть человеческого существования заключена в общеполезном труде. Но к тому, чтобы быть полезным людям, надо готовиться еще в Детстве. Поэтому писатель насытил свои произведения познава­тельным материалом, циклы своих стихов так и назвал «Про все на свете», а цикл маленьких изящных новелл, перемешанных со стихами, — «Почему? Отчего? Зачем?»

Особенно полно устремления писателя к формированию гар­моничной личности воплотились в сказке «Джельсомино в Стра­не Лгунов». Пафос ее — в борьбе с ложью, потому что, как утвер­ждает Родари, «самые опасные враги человечества — это лжецы». Для большей яркости изображения он использует прием абсурда: нелепым выглядит город, где все реалии представлены «с точностью до наоборот»: купить что-либо можно лишь за фальшивые деньги, коты лают, вместо слова «страх» принято говорить «храбрость» и т.д. В этой ситуации герой, разумеется, никак не может принять столь дикий, на разумный взгляд, порядок, ведет свою — бескровную, как всегда у Родари, борьбу с искаженным, лживым миром. Обладая необыкновении голосом, он вполне успешно использует его: «Достаточно только хорошо спеть песню, чтобы разрушить это королевство»

Все, написанное Джанни Родари, переведено у нас в стране и уже много лет пользуется неизменным признанием у нашего детского читателя. В 1973 году вышла его книга «Грамматика фантазии (Введение в искусство придумывать истории)» — плод его опыта и раздумий о природе фантазии. Он здесь обобщил свои наблюдения в этой сфере, объяснил, какие использует приемы в создании сказок, как они рождаются в воображении художник

Знакомство с этой книгой, а также сопоставление художественной практики, жанров и приемов, использованных такими великолепными мастерами, как Коллоди и Родари, дает основание говорить об определенной художественной традиции итальянской литературы для детей. Ее продолжили и по-своему развили другие детские писатели Италии. Так, Марчелло Арджилли и Габриэлла Парка создали повесть «Приключения Кьодино» — веселую историю механического мальчика (в переводе его имя —гвоздик), сде­ланного профессором Прилуккой из железных обрезков, старых кастрюль и колесиков от мясорубки. Как и деревянный Пиноккио, этот герой оказывается большим шалуном, удирает из дому и, под­крепляясь смазочным маслом на автозаправочных станциях, бро­дит по улицам. При этом он то и дело попадает в разные переделки: то его притягивает магнит, то он внезапно ржавеет, то его чуть не отправляют в переплавку вместе с железным ломом. Однако же в целом этот герой «запрограммирован» на добрые дела, и судьба его в конце концов складывается счастливо.

Сохранился в итальянской детской литературе и интерес к исто­рическому прошлому — традиция, заложенная «Спартаком» Джо­ваньоли. Она, например, ярко проявилась в произведениях Джулианы Болдрини, автора чудесного романа «Путешествие Веля». В нем рисуется древний мир этрусков. А свои рассказы «Открытие прошлого» писательница построила таким образом, что истори­ческое действие развертывается вокруг мальчика в эпоху древне­го Египта, Греции, Рима и т.д. К детской исторической литературе относится и книга Эмилио Солгари «Черный корсар».

ИСПАНИЯ

Испанская культура развивалась удивительно неравномерно. В каждый отрезок времени, конечно, появлялись свои выдающи­еся писатели, философы, художники, но рубеж XVI—XVII веков и первую половину XVIII историки назвали «Золотым веком» испанской культуры — тогда творили Сервантес, Лопе де Вега, Кальдерон, Эль Греко, Веласкес...

Главное литературное событие этого периода — великое про­изведение «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» Сер­вантеса, многие сокращенные переводы которого еще с конца XVIII века прочно вошли в круг детского чтения в России. Каж­дое новое поколение воспринимает это главное произведение пи­сателя по-своему, но всегда как вполне современное, затрагива­ющее в душах какие-то сокровенные струны. Может, так проис­ходит потому, что, по словам В.Г. Белинского, «каждый человек есть немного дон Кихот».

МИГЕЛЬ СЕРВАНТЕС ДЕ СААВЕДРА (1547—1616)

Сама жизнь Сервантеса, его приключения, беды и разочаро­вания во многом обусловлены упадком огромной Испанской им­перии, противоречиями и контрастами того периода. Все это, по сути, и легло в основу грандиозной эпопеи «Дон Кихот», великой художественной метафоры, гениально отразившей современную автору эпоху. И в наши дни исследователи обращаются к этому шедевру мировой литературы, открывают все новые нюансы в его сложнейшей художественной структуре — ведь это поистине энциклопедия литературных жанров и форм своего времени.

Что мы сегодня знаем о жизни Сервантеса? Известно, что ро­дился он в семье лекаря, которая считалась знатной, — члены ее пользовались репутацией «настоящих идальго», хотя и обеднев­ших. До сих пор многие города Испании оспаривают честь счи­таться родиной писателя, так как отец семейства вынужден был в поисках заработка переезжать с места на место. «Не так уж мно-


панист И.А. Тертерян, —храбром солдате, мужественном плен­нике, нищем одноруком ветеране, неудачливом начинающем дра­матурге, несчастливом семьянине, узнике севильской тюрьмы, погруженном в свой титанический замысел, наконец авторе кни­ги.., переведенной еще при жизни ее создателя на другие языки».

Секрет успеха «Дон Кихота» кроется прежде всего в широте охватываемой романом социально-философской проблематики, в его художественной яркости и живости выведенных в нем обра­зов, в его сатирической направленности. Высмеивая стремление к консервации прошлого (проявляемой, в частности, в страстном увлечении главного героя рыцарскими романами), Сервантес в то же время раскрывает и вечную трагическую проблему: чест­ный и благородный человек вступает в конфликт со своим време­нем. Отсюда и противоречивое сочетание в Доне Кихоте черт комических и трагических, безумия и мудрости.

И все это облечено в форму столь же простую, сколь и гени­альную: провинциальный дворянин, человек добрый и снискав­ший любовь и уважение окружающих, обожает рыцарские рома­ны и истово верит в их реальность, хотя все они фантастичны, да и времена странствующих рыцарей давно минули. Но герой все­го этого не замечает, он испытывает непреодолимое желание са­мому стать странствующим рыцарем и отправиться в путь, чтобы отстаивать справедливость, защищать обиженных во имя Пре­красной дамы — так, как это описано в рыцарских романах. Та­кова как бы немудреная завязка произведения. За ней следует целый ряд действий героя, которые приводят к появлению многих новых персонажей и в первую очередь его верного постоянного спутника и оруженосца, а по сути антипода — Санчо Панса.

Рядом с высоким, худым, с благородной аристократической внешностью Доном Кихотом возникает толстый, невысокого ро­ста простодушный крестьянин, резко отличающийся от своего хо­зяина и характером, и миропониманием. Комическая, на первый взгляд, пара отправляется в полные удивительных приключений странствия, в ходе которых Санчо Панса постоянно переводит романтические увлечения своего «странствующего рыцаря» в план прозаической, нередко весьма неприглядной действитель­ности. В таком контрасте и таится секрет увлекательной сатиры и юмора романа.

Но главное, что заключено в его двух героях, — это великая гуманистическая линия романа. Выступавший вначале в виде пародии на героев рыцарских повествований Дон Кихот посте­пенно приобретает черты непримиримого борца за справедли­вость, человека высокой морали и честности. А Санчо Панса от почти служебной роли — оттенять неприспособленность главно­го персонажа к реальной жизни, начинает все более уверенно выступать как носитель истинно народных качеств—сметливос­ти, трезвого понимания жизни, делового расчета. Так «Рыцарь печального образа» сделался одним из значительнейших героев мировой литературы, с которым наши дети имеют возможность знакомиться в раннем возрасте благодаря переводам и переска­зам многих крупных русских писателей и переводчиков, хотя по авторскому замыслу роман предназначался взрослому читателю.

Однако и литература, вполне доступная и маленькому читате­лю, зародилась в Испании еще в XII—XIII веках. Правда, к чис­то детской ее можно относить условно — ее читали и взрослые и дети. Таковы, например, «Чудеса богоматери», написанные мо­нахом-бенедиктинцем Госало де Берсео, или «Песни к святой Марии» Альфонсо Мудрого. Одной из наиболее любимых была книга «Граф Луканор, или Книга Петрония», содержащая прит­чи. Здесь интересна, например, история «О короле и насмешни­ках, соткавших сукно», очень напоминающая широко известную сказку Андерсена «Голый король». Среди подобного рода произ­ведений преобладали назидательные. Тут следует назвать «Вос­питание и наставление по добродетели», посвященное ее автором Педро Грасиа Деи принцессе Исабели. Распространены были также издания для детей, объединенные названием «Кристус» (Христос), так как каждая книга начиналась с этого имени. Это были буквари, катехизисы, хрестоматии. В них содержались цер­ковные наставления, гимны, молитвы, благочестивые истории.

В XVI веке в круг детского чтения входили уже и рыцарские романы, такие, как «Амадис Гальский» или «Тирант Белый». От этого времени остались и многочисленные сборники сказок, ба­сен, описаний игр. А великий драматург Лопе де Вега создал тог­да для своего сына Карлитоса книгу «Вифлеемские пастухи». В ней были религиозные истории, в стихах и прозе, и «пастуше­ские беседы» со стихами и рождественскими песнями. В XVIII веке в Испании появляется и переводная детская литература, глав­ным образом —французская. При этом широкое распростране­ние получают прогрессивные тогда педагогические идеи Ж.Ж. Руссо. Под их влиянием испанские авторы создают немало детских книг дидактической направленности. Так, Томас де Ириарте написал завоевавшие широкую популярность «Литератур­ные басни», а также «Образовательные лекции по истории и географии». Распространение получила и литература, предназ­наченная для простого народа и направленная на воспитание по­слушного, строго следующего церковным установкам, человека. «Аллилуйя» —так назывались, например, картинки религи­озного содержания с соответствующими подписями — двустишиями или короткими изречениями.

Интерес к фольклору, распространившийся в XIX веке в Ев­ропе, затронул и Испанию. Фернан Кабальеро (1796—1877) ез­дила по стране и записывала произведения устного народного творчества, а потом под псевдонимом Сесиль Бель де Фабер вы­пустила «Народные сказки и стихи», «Мифологию», «Волшеб­ные сказки». Ее ученик священник Луис де Колома (1831—1914) создал серию сказок для детей, в которой явно видно влияние испанского фольклора. И в начале XX века продолжился этот интерес к народному творчеству, в том числе созданному самими детьми. Издания для детей продолжают расширяться, переводят­ся многие произведения мировой детской литературы, возникают специальные детские журналы. Особенно этот процесс получил развитие во второй половине века, когда появляется целое со­звездие «взрослых» прозаиков, чьи произведения вошли и в круг детского чтения. Это и «Зеленая улица» Хуана Валеры, и «Мул и бык» Бенито Переса Гальдоса, и «Трое малышей из Сории» Хосе Ортега-и-Мунилья...

ФЕДЕРИКО ГАРСИЯ ЛОРКА (1893—1937)

Этот великий испанский поэт еще в юности сочинил для детей веселые песни. Многие из них написаны в фольклорной манере и как бы отображают самую суть детской поэзии. На эти произве­дения автора, как он сам говорил, вдохновила «муза в коротком платьице», которая проявила себя в них с поистине детской безза­ботностью и чистосердечием. Позже Лорка включил их в книгу «Песни», посвятив им целый раздел — «Песни для детей»:

Праздничный день мчится на колесах веселья,

Вперед и назад вертится на карусели.

…………………………………………………..

Синяя пасха.

Белый сочельник.

…………………………………………………..

Мы карусель привяжем

Меж звезд хрустальных,

Это тюльпаны, скажем,

Из стран дальних.

Пятнистые наши лошадки

На пантер похожи.

Как апельсины сладки —

Луна в желтой коже!

Светлой печалью и нежностью наполнены эти стихи. В каж­дой строке чувствуется ностальгия по чистому безмятежному дет­ству, общечеловеческое сливается в них с глубоко национальным и личным. Однако, помимо непосредственно детских стихов, все творчество Лорки являет собой обширное поле для детского чте­ния — маленьким читателям всегда близки подлинный лиризм и яркая поэтическая образность, которыми в большой мере отме­чены произведения поэта. (К сожалению, пока единственный сборник такого рода на русском языке — выпущенная издатель­ством «Детская литература» в 1980 году книга Лорки «Стихи и песни».)

Писал Лорка также статьи о детской поэзии и фольклоре, много лет собирал народные колыбельные песни и рассказывал о них в своих публичных выступлениях. В написанном им варианте на­родной колыбельной, как и во многих других его стихах, есть яв­ное предчувствие своей безвременной гибели. Как известно, пред­чувствие оправдалось: Лорка был расстрелян испанскими фаши­стами — они, как и все фашисты, смертельно боялись подлинных поэтов, знающих и открывающих людям сущность добра и зла.

Другой крупнейший поэт Хуан РамонХименес(1881—1958) написал книгу стихов в прозе «Платеро и я» — лирические рас­сказы об ослике, создал «Антологию для детей и подростков». Немало стихов, вошедших в сборники для детей, написал в нача­ле века и выдающийся поэт Рафаэль Альберти. К поэзии забав­ной, абсурдной принадлежат «Песни для детей» Глории Фуэртес (1882—1940). Ее стихи для малышей «Пирули» и «Дон Пато и Дон Пито» напоминают произведения Д. Крюса. Известный поэт Хайме Ферран создал великолепные звукоподражательные сти­хи «Вечер в цирке».

Автор любимых детьми сказок Сальвадор Барталоцци с 1917 года выпускал серию «Пиночо», вдохновленную известным итальянским Пиноккио. Он сам и иллюстрировал свои выпуски. В отличие от столь известного итальянского прототипа этот ис­панский персонаж своим стремлением совершать добрые дела и умением попадать в нелепые ситуации очень напоминает Дона Кихота, тем более что рядом с ним — Чапете, столь же противо­положный герою-мечтателю, сколь Санчо Панса — своему рыца­рю. Этот же автор создал получившие популярность рассказы об отважном мальчике и его собачке «Замечательные приключения Пипо и Пипы».

Еще один хорошо известный испанским детям литературный герой — шаловливая и умненькая девочка Селия, создание писа­тельницы Элены Фортун (1886—1952). Она с большим мастер­ством передает язык детей, показывает остроту их восприятия.

На многие языки переведены произведения для детей Хосе Марии Санчеса Сильвы (род. 1911). В 1968 году он был за них награжден Золотой медалью Х.К. Андерсена. Наиболее известна его сказка «Марселино, хлеб и вино» — об удивительном чуде, совершившемся благодаря нежной и сострадательной душе ре­бенка. По словам самого писателя, «это история из тех, что роди­тели рассказывают своим детям, сладостно-нежная христианская сказка, отчасти даже проникнутая идеей смерти, обычно такой чуждой детским умам». Глубина и выразительность образа Мар­селино поставила его в один ряд с такими любимыми детскими героями, как Пиноккио, Питер Пэн, Алиса...




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14




©engime.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет